Мама послужила до конца
Мама заболела внезапно, как бы ревматизмом, стали отказывать руки и ноги. Батюшка, как я уже говорила, принял самое горячее участие: ездил к ней в больницу, потом домой. В день ангела её духовного отца Сергия Мечёва о. Александр соборовал маму. Через три дня, 11 октября 1982 года, мама умерла.
Ухаживать за мамой было легко, она никогда не жаловалась (хотя от боли теряла сознание), за всё благодарила. Только за неделю до смерти ей поставили диагноз: рак костей. Оба внука ухаживали самоотверженно, не говоря уже о папе. Десятилетний Ваня ходил в магазин и всё покупал по списку, очень аккуратно и чётко. А шестилетний Митя один ходил в аптеку на Малую Бронную менять кислородные подушки.
Наташа всё время делала уколы и измеряла давление. Оно вдруг стало стремительно падать. Папа начал читать отходную и весь канон, а мы с Верочкой и Наташей пели громко Пасхальный канон на три голоса. Мама с улыбкой под пение Пасхального канона уходила в вечность. Никто не плакал. Мы обнимали друг друга и продолжали петь. Папа стоял на коленях. Когда мы спели всё, мама отошла. Лицо сразу стало ликом. По квартире разлился запах розы и свежести. Врач, приехавший констатировать смерть, удивился этому запаху и решил, что мы облили маму розовым маслом. Запах розы чувствовался все три дня, что мама лежала дома, был и в храме, даже более сильный.
По совету о. Александра и папы мы поставили маму в храм на всенощную под Покров. Она была в храме весь вечер, ночь и Литургию. Улыбка не сходила с её лица. И аромат розы не исчезал. Люди думали, что от цветов, но цветы были по сезону — астры и хризантемы.
Дома над мамой день и ночь читалась Псалтирь (батюшка прислал людей). Конечно, читали и мы с Верой, и папа, и все члены моей молитвенной группы. Приезжала на несколько часов читать Псалтирь даже Зоя Афанасьевна Масленикова, несмотря на свою большую занятость.
Батюшка приехал проститься в храм, после своей службы, как и Володя Семёнов из Новодевичьего монастыря. На отпевании был весь мой клирос с Арбата и много учителей из музыкальной школы, где я работала… После смерти мамы я со всей ясностью поняла, что молитвенная группа, и клирос Арбата, и мои подруги по работе в школе — это действительно одна большая семья, которую Бог объединил через мамину смерть. В Боге мы неразлучны.
Почти все мои подруги по школе крестились и крестили своих детей. Многие стали ездить к о. Александру. И получилось, что своей смертью мама укрепила веру людей, тем самым послужив Господу до конца.
