Глава 9
Очевидно, Он легко вступал в общение с людьми – вспомните разговор с самарянкой, и люди сразу как-то к Нему располагались… В Нем не было ничего торжественного, иератического. Он ходил, а не шествовал. Он говорил, а не вещал. В этом особенность евангельского благовестил. Для чего это было нужно? Он хотел показать, что именно в этой обыденной жизни, не на Гималаях, а вот в этой жизни, где женщины крутят жернова, а пахари занимаются своим делом, мытари считают свои деньги и жизнь идет своим ходом, – среди всего этого может зажечься огонек Царства Божия. И продолжая эту центральную Его мысль, мы можем сказать, что Царство Божие может осуществляться и здесь, в нашей жизни, если только мы этого захотим.
И дальше Христос говорит о том, что человек, который ищет Царства Божия, – он все приобретает: «Ищите прежде Царства Божия и правды Его, и остальное приложится вам». Более того, от этого человека начинает идти некоторый свет. «Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего небесного»1.
Он не требует обязательно быть строго ортодоксальным. Почему? Потому что в том кругу, где Он проповедовал, люди понимали одну простую истину: можно познать лишь то, что открывает Бог. Все остальное человеку недоступно, все остальное является конструкциями его ума!
В теологии многое является делом рук человеческих и к Богу имеет очень мало отношения. Поэтому главное, что отличает последователя Христова, это его отношение к ближнему. Когда Судья разделяет «овец» и «коз», Он не проверяет их ортодоксальность, а спрашивает: что ты сделал Мне? – то есть ближнему, – накормил, напоил, посетил в тюрьме, то есть проявил ли ты человеческое сострадание.
Человек по природе своей эгоцентричен, эгоистичен. Человек ищет для себя – его естественное стремление с грудного возраста – стремление потреблять. Но Христос хочет, чтобы мы изменились, чтобы мы становились людьми, научились отдавать. «Новую заповедь даю вам: любите друг друга, как Я люблю вас»2. Почему же новую? Ведь была древняя заповедь: «Люби ближнего твоего, как самого себя»3. Но Господь хотел, чтобы человек учился самоотвержению.
У нас слово «самоотвержение» приобрело такой, я бы сказал, поэтический, ходульно-риторический смысл: «самоотверженные люди»! Что делать, если мы иногда портим, опошляем слова. Но перед нами глубокий психологический закон. Психически нормальный человек никогда не сможет существовать, если он в каком-то смысле не отвергается себя. Потому что пока мы не выйдем из замкнутого мира собственного «я», пока мы будем поклоняться этому идолу, служить ему, – у нас ничего не получится.
Значительное большинство психических заболеваний коренится в эгоцентризме. Человек видит себя так, как будто он вознесен на Эмпайр-билдинг, и все вокруг или смеются, или восхищаются. Отсюда мания преследования, отсюда и мания величия. А это всего лишь гипертрофированная форма гордыни.
