Во имя Отца и Сына и Святого Духа.
Великим Постом мы с вами читаем акафист Страстям: «[?]............. Христос ..............». Сейчас прочли рассказ евангелиста Матфея. Все снова всплыло у нас в памяти, снова ожило — от Гефсиманского сада до того сада, где была гробница, куда положили тело Господа.
Все это время события Страстей Христовых будут как бы проходить перед нашими глазами, заполнять нашу душу, и поэтому сейчас важно понять и почувствовать: почему нам об этом нужно помнить?! Само Священное Писание говорит нам, что человек-христианин должен глубоко проникнуться страданием Христа-Спасителя. Ибо Он страдал для того, чтобы когда-нибудь истребить страдание с лица земли. Он, святой и чистый среди нас, претерпел на Кресте муки.
Но невольно возникает у нас вопрос: «Конечно, велики, Господи, Твои муки, но сколько страдало других людей, которых убивали, пытали, мучили, казнили?» Если бы речь шла только о телесных страданиях Господа Иисуса, то, конечно, они не могли бы перевесить всех тех бесчисленных страданий, которые выпали на род человеческий. Ибо кровь, пролитая на Голгофе, не могла бы перевесить то море крови, которое пролито в войнах и во всех бесконечных человеческих столкновениях.
И все-таки страдание Господа было самым тяжким и самым мучительным. Почему так? До конца нам понять это трудно, но есть только один из немногих примеров, который нам объяснит, в чем же здесь дело. Представьте себе, что вы мать, любящая свою дочь или сына, или внука — вы не просто привязаны к своему ребенку, не просто выполняете родительский долг, а глубоко и искренне любите свое дитя. И вот у вас на глазах происходит гибель вашего ребенка: вместо чистого дитя перед вами падшее существо, переживающее растление и упадок. Никто не может его или ее уже и за человека считать. Только вы еще как мать можете подумать: да, это мой сынок, — а для других он отребье, которого надо как можно скорее поставить к стенке. В это время нет ничего, горше участи матери, — потому что она переживает за падение своего сына или дочери. Вспомните, как бывало вам горько, стыдно, тяжело, когда кто-то из ваших близких падал. Вы все это хорошо знаете. А теперь представьте себе, хотя бы в малой степени, что наш Господь, как отец, любит каждого человека. И Он видит, что от каждого исходит столько зла, лукавства, ничтожества! Если бы грех человека был подобен дыму, то земля была бы похожа на печь, из которой непрерывно идет черный столб дыма — век за веком, столетие за столетием, тысячелетие за тысячелетием — черный дым! Этот дым поднимается к Богу! Он вопиет! Он идет от любимого чада Божия — от человека, как бы отравляя Господу Его Божественное бытие, создавая для Него страдание, потому что этот смрад идет от Его чад — от людей.
Вот почему Господь приходит на землю, чтобы вместе с нами принять тяжесть нашего греха. Безгрешный — разделить с грешниками участь смерти, встать в один ряд с нами, вровень! И этого не мог бы сделать ни один человек. Потому что мы можем отвечать за близких, за своих детей, за какое-то обозримое количество людей, и то это уже не под силу человеку. И чем больше его ответственность, тем более ему становится мучительно. Для Бога же это весь род человеческий. Вот почему Господь Иисус взмолился, по-человечески взмолился, что эта чаша для Него непереносима. Его человеческое естество восстало против этого, но Его сознание Божие сказало: «Да, так будет, потому что люди не справляются со своим грехом, он их раздавит — и не будет больше ничего». И поэтому Он встал Сам.
Представьте себе, что на вас обрушивается как бы огромный камень, скала или, допустим, рушится над нами потолок; и вот кто-то подошел, встал и одной рукой держит его, чтобы он на нас не рухнул. Так стоит наш Господь. Стоит, чтобы мы не упали под бременем греха. Поэтому ноша Его так велика! Поэтому страдания Его — не обычные телесная боль и страдание умирания, а это то, о чем говорит пророк Исайя: «Он взял на Себя наши немощи и понес наши болезни, наказание мира сего на Нем, и ранами Его мы исцелились» (ср. Ис 53. 4-5).
Аминь.