Цельный человек, у которого воля, мысли и поступки находятся в романтичном соответствии. Вот слово надо сказать, соответствие, в основном. И не надо больше никаких гражданин, никаких дебрей. Но, понимаете, если этого не достигать, и как мне и стремиться, то потеряя красоту, вкус, ценность и смысл очень многие вещи нашлось: личные отношения, любовь, семейные отношения, отношения, отношения на работе, отношения с друзьями. Потому что мы будем все время находиться в расколе, в самой собой. Вот одно будет на языке, другое будет на уме, третий будет на сердце, четвертый и так далее. Значит, будет разброс. Скажите, как это достигнуть? Нужно, чтобы вся цепь действовала Вот цепь в таком смысле Как бы ни было совершения на аппарат Если где-то будет отключено Не будет сообщаться Это ничего не будет действовать Цепь разомкнется прекрасной гуманной идеей в голове, но там это волю не идет, и воля в свою очередь не диктует бодием поступков ваших, то это все равно что обесточенная машина, самая глушенная машина, она будет стоять как металлоломб без электричества. Ну, конечно, здесь легко себе сказать, что это на самом деле как трудно, потому что хочется одного, хочется другого.
На самом деле, когда нам хочется чего-то, что противоречит нашим установкам, надо это ясно себе уяснить и понять, откуда это происходит. Да. И, в общем, если вы любите окружающий мир, жизнь, людей, желательно свою работу, так далее, то вы уже делаете первый шаг в гармоничном сочетании всего, чего же ты надо. набор страстей у нас элементарный вы все прекрасно знаете что в них нет никакой оригинальности никакого все наши страсти они вульгарны они банальны банально они все описаны как говорят в медицине давно вот И в сущности они являются нашими врагами. Но, конечно, можно сказать, что некоторые страсти коренятся в натуре, в природе человека. Да, но если это так, то значит их неправильное проявление есть искаженное течение процесса. Вот, например, каждый человек хочет быть чем-то, хочет иметь смысл и значение для себя и для окружающих вообще, и не быть ничтожим. Ну как целью это? Туалий. И это часто людей толкает на возникание неуместного, на нелогкое, так сказать, смешное зазнайство. Потому что ничего с ним. Но все время хочется выскочить из следового прикрикнуть, что может быть очень правильное, может быть, очень правильное. Это такой неадекват.
А потребность тут совершенно естественно и здоровая. Потому что человек — это личность. И она действительно должна быть неничтожной.
Обязательно. Но это ложный способ. А есть способ — это связать личность свою с источником жизни.
С настоящей. И тогда мы сразу поймем, что если пастух ищет одну овцу по 199, значит каждый человек, он представляет собой ценность. И это можно понять даже в очень широком плане.
Вот недавно в журнале «Наука и знания силы» была опубликована вот статья, Впрочем, я не сейчас вот тут вообще вопрос. Называется это статья «Сложность жизни». Написал автор мне неизвестный.
Автор, доктор биологических наук Красилов. Он тут довольно внятно раскрывает, в общем, давно известно многим биологам истину. Наши ролики в публике мало известно, что Дарвин в своих весьма остроумных и серьезных исследованиях вживался в главном, в том, что эволюция идет в линии выживания наиболее приспособленной.
Эту идею он взял не из своего опыта. Он был внимательный, вдумчивый наблюдатель, но в опыте он этого не имеет. Он взял этого философа Спенсера, так сказать, думал и перекидал, как бы это назвать, выживательные были приспособлены.
И так движется эволюция. Ну, все это в общем считают. Вон. Ответ биологии на это, сегодняшний был прост.
Если бы это было так, то эволюция мира становилась на простейшей. И мы простейшие, наиболее приспособлены из всех живых существ. наиболее.
Они устойчивы к радиации, к очень высоким температурам, к очень низким температурам. Они делятся практически бессмертно, могут засохнуть, инцестироваться и очень долбее время. Бактерии оживали, которые были на шкуре мамонта, когда его разморозили.
Бактерии уже... Ну, куда еще более приспособны. Значит...
развитие шло вперед по каким-то совершенно другим причинам. Более того, развитие делало существа более уязвимыми. Более сложные существа, как многоклеточные, они уже несли на себе печать смерти.
Вы тоже известны с биологией. Составное распадается. Смерть начинает появляться в основании многоклеточных существ.
там же одноклассно делится все среди высокоразвитых животных приспособлений вело к тупикам есть такой палеонтолог был в прошлом он целый закон был закон о тупиковом развитии приспособленных существ. Вот парнокопытные там или китообразные, это очень высокоспециализированные к своему жизни, но они уже к эволюции не способны. Они становятся как бы, ну если это брать в социальном смысле, как узкие профессионалы, но уже у них нет вброса в их генотипе, они никуда не денутся.
Но что происходит на высоких уровнях развития? Большее значение начинает приобретать индивидуум. Отношение между индивидуумами.
Для вируса, для импозора, индивидуум не имеет никакого значения. Там есть значение массы, вид. Вид является субъектом действия.
Причем выживают низшие существовалости. Слепо разбрасывая миллионами, тысячами, свои трупы, рождая такие же миллионы новых существ. далеко не так среди высших животных.
Они размножаются медленно, у них и ветенышей меньше, и зато уже у них есть индивидуальность. Вот у нас две собаки. Две инфузори – это, как сказать, две инфузори.
А у две собаки – это совсем другое дело. в них уже проявляется что-то индивидуальное, и это очень сильно влияет на дальнейшее их развитие. Потому что здесь возникают какие-то особые индивидуальные черты, которые могут скрещиваться, передаваться, которые влияют на окружающую среду.
Вот этот процесс индивидуализации, который, скажем, у таких высших животных, как обезьян, приводит к долгому детству, Когда мать очень долго заботится о детеныш, очень долго его воспитывает, учит, расчитывает, подготавливает качественно новую стадию, это нас. У человека вид отстесняется на задний план окончательно, и на первое место уступает личность. Личность становится высшей целью развития нас.
Священно жизнь. Священный дар жизни, как вы нас говорили. Да.
Но для человека эта уже формула не подходит. Она недостаточна. Потому что для человека священный дар — это личность его.
Не просто жизнь. Ну, это легко показать на простом примере. Человек, который в силу каких-то физических повреждений или психических не дает себя отчетом, потому что он человек, какой-нибудь идиот, у него есть священная дар жизни.
Но, увы, это бесконечно мало. Так, я сейчас зайду на секунду. Что-то мне стало, Нюша. Обратите внимание на такой факт, что какая-нибудь замечательная поэма создает личность. Голосовская система — это Личность.
Любовь между людьми — это любовь двух Личностей. Если это настолько. А чтобы высокое и мощное мы не взяли в нашу жизнь, это всегда тесно связано с Личностью.
Поэтому настоящей целью, божественной целью движения человека вперед, это развитие личности в условии, которые позволяют ей развиваться. Поэтому все, что этому содействует, является делом Христовым. Христос осветил человеческую личность, воплотившись именно в человеческой личности.
Не в каком-то абстрактном символе. Нам очень важно, вот символы церковные, голубь, огненный язык. И надо думать, ну что, что на икону птиц, это правильно, прекрасно.
Знаете почему? Потому что надо всегда помнить, что Бог был человек. или условный символ напоминает нам, гораздо лучше, чем дедушка там на благо.
Конечно, будет совсем на чем. Совершенно на чем. Здесь совершенно другой.
Хотя и связано с человеком. У нас есть образы подобного. Но он освещает человеческую личность, воплотившись не в толпе людей, не в массах каких-то анонимных безликих, а в личности, конкретно личности Клиста.
Это сразу ставит перед нами главный жизненный проблем. Что важнее всего? Нам это личностное начало укрепить, развивать и утверждать.
Но вы, конечно, скажете, что очень многие люди как-то живут без этого, живут как бы во сне. У человека есть несколько состояний бытия. Есть состояние близкое к тому, что личность сначала сведена к минимуму.
Это то, что на современном языке стали называть массеном. У испанского философа Артеги Гассета в 20-е годы вышла книга. Называлось «Восстание массы».
В наш век показывает, вот эти массы стали играть какую-то роль большую. Вон. Но Артеги ошибался в одном.
Этим массам очень легко манипулировали. Они играют роль, потому что им дали возможность выйти на улицу. Но их очень легко можно было направлять, доставлять и кричать дикай, решать в этом роде.
И они спокойно, так сказать, шли даже с большим энтузиазмом. Поэтому, когда человек становится массой, это и состояние него, оно, в общем, является нижним для человека. Есть другое состояние, когда человек...
является анонимным сотрудником дела Божьего. Дело Божьего в очень широком смысле слова. Ну, скажем, Махатма Ганди, он не был христианином, но он, конечно, исполнял дело Христово на земле, когда он проповедовал ненасилие, когда он пытался внедрить в политическую жизнь гуманные принципы, когда он, будучи властителем толп и придя к власти государства, он продолжал оставаться, без аскетического в жизни, как и прежде.
Есть люди, которые являются невольными пособниками отрицательных начал. И об этом много пишется в литературе, в фильмах, скажем, как во времена нацизма. Были люди, в общем, которые не были нацистами ни по убеждению, ни по характеру, но они невольно своим безразличием включались.
И, наконец, есть два полюса деятельных людей. Два полюса. Как мы можем отличить ни по какому-нибудь признаку, ни по этикетному, кому он принадлежит, к полюсу добра или к полюсу зла?
Нет. Можно ведь иметь любое овлачение, наслужить злу или добру. Так вот, то, о чем я говорил, является мерилом.
Полюс Христов — это там, где Личность уважается, чтится, и где для неё делается многое и важное. И, так сказать, в собственном смысле для окружающих. Там, где она подавляется в том смысле, что она становится уничиженной, как бы ненужной, где на неё смотрят с презрением.
Это, конечно, поле стекло-энтихристианский. Ну и, наконец, последний вывод. Это придает смысл нашему существованию.
Если мы хотим включиться в замысел Божий, мы должны развивать собственную личность и содействовать как можем для окружающего мира. Все. И больше ничего не надо. Это вполне достаточно того, чтобы быть содержанием целой жизни.
Хорошо, что на него не упало. И так же снова. Если вы подумаете, вы увидите, что это связано со всем.
Со всем, что у нас есть. Или мы хотим участвовать, или мы хотим греться. в этом нет ничего подобного теории вождей и каких там героев которые единственные делают историю.
Это неверно, конечно. Потому что это не статичная вещь, а состояние. Человек может быть в состоянии массы, а потом из этого выйти. Ну, вульгарный пример. Мать Горького. Просто у меня первый журналист в голову. Но Алексей Максимович, он примерно что-то подобное хотел сказать, когда он изобразил Павла и Матю вначале частью биомассы какой-то. А потом они постепенно пробуждаются. А в какую сторону, тоже там вопрос, который может быть дискуссироваться, но тогдашним уровнем они переходят на сцену другую. Вот, он становится человеком, после этого, Павел Лассов. Он начинает отдавать отчет своим поступкам. Он видит какую-то цель в своем существовании.
Он участвует в каком-то всеобщем процессе. В процессе благородном он за людей, ради людей он действует. Он рискует, он жертвует.
И мать тоже. Потом консенсиво-простая, неграмотная женщина приходит в сознание, как это важно. Иногда бывают такие пограничные ситуации, когда люди совершенно этого не ожидают.
волею промысла вдруг оказывается в немас. На эту тему есть Роман Грина «Комедианты». Как три человека ехали в Гаити во время диктатуры Девалье.
Они все трое слабо разбирались, что там происходит. У всех у них были самые дурацкие идеи. Один был просто проходимец, другой был агитатор за викторианство, третий там еще что-то забыл.
Ну, в общем, и они оказываются вовлеченными в эту ужасную ситуацию на Гаити. И в конце концов они включаются в борьбу. А один из них, который никогда в руках не держал оружие, вот этот проходимец, он становится руководителем боевой группы, партизан.
Он им все время говорит, что он прекрасный военный знаток, но он все время врал там, он сидит комедиант, и поднял их дух очень, то есть, высоко. Но потом, когда выяснилось, что он даже не знает, как с этим вращаться, но он там двинул, и где-то он там погиб, и там они ему поставили памятник, как, значит, герою. Но на самом деле Грин хотел сказать в этом романе, И это, вернее, не показать, он сказать ничего, показать, как люди из нуля, попав в критическую ситуацию, они могут перейти в состояние совершенно имени.
Вот, ну вот, собственно говоря, иначе нет смысла. Потому что, во-первых, не может быть общего принципа. Я узнал одного академика, который мне рассказывал, что он в юности заставлял себя спать 4 часа.
Он потом прожил очень трудную жизнь. Он умер в глубокой старости, но жизнь в него была предельно сложной. Но человек, создавшийся в направлении науки, он мог спать 4 часа.
При этом колоссальное количество информации перерабатывало. Мне это недоступно совершенно. Если буду спать кернию через 4 часа, я через несколько дней буду похож на осонную муху осенную.
Значит, надо согласовываться просто. Ведь самое главное условие и возможности, а цель. Цель быть человеком и одновременно членом своей семьи, сообщества людей, так сказать, в мире, где ты живешь.
Но одному нужно столько или другому надо столько. Одному нужно спать 8 часов, другой всю жизнь спит меньше. Это каждый знает свое.
Причем ведь всегда отдыхать не жалко. Не жалко совсем. Хотя мне всегда время безумно жалко, но я никогда не жалею его на отдых.
Ну, отдых у меня свой, каждый отдыхает по словам. Нет, ну, действительно, вот есть люди, которые любят отдыхать на рыбалке. У меня рыбалка не вызывает таких эмоций.
Есть люди, которые смотрят хоккей, я к нему равнодушен. Есть люди, которые играют в карте, это тоже отдых. Это тоже.
Но у меня, так сказать, есть там свою фантастику, что-то еще другое терпеть не мог. Значит, важно, чтобы отдых был. Но почему не жалко мне во время?
Потому что во время отдыха ты работаешь на свою работу. Она же окупается. Окупается, потому что ты во время набираешь силы.
Это подобно тому, когда две руки несут тяжесть. Кажется, вроде удобно. А на самом деле, надо, чтобы одна не сладость, так-то прийдет.
А та вот время активно отдыхает. Именно активно отдыхает. Не просто она пустая идет, она активно отдыхает.
И потом вторая. Значит, какая-то структура в жизни должна быть. Вот Герберт Уэллс, когда был молодой человек, он выбился из низов, мать у него была горничная и все такое.
Он жил по строгому расписанию, и так на тело времени, что он какие-то формулы, которые надо было учить, он биологом, он вешал их рядом с зеркалом, и когда брился, он одним глазом смотрел в эти формулы и старался их заучить. И был совершенно прав. Значит, все дело в рациональном распределении своего времени, труда и досуга.
И как-то вот интенсивно можно просто пройтись по улице нашего города, насытившись большим интересом, удовольствием, пользой. Но уже действительно пройтись. Не бежать куда-то такой с языком на плече.
А вот вечерком выйти на набережную. И так сказать созерцательно, медитативно. Посмотреть на горящие огни домов, на коньки, транспорт, на силуэты города.
Это очень созерцательно такое. Тоже тысячи жизней, тысячи семей, проблем. Это целый, так сказать, очаг.
Тут очень многое можно подумать. И вот видите красоту вообще всего этого вместе взятого. И красоту вечно над городом или за городом.
У нас же все время окружают предметы, которые могут вызывать у нас созерцание такое. Вот сегодня после этого. То есть, в принципе, быть, допустим, подвижником, это не значит не есть, не спать, там, ничего. Непонятно, вот просто, ну что значит, что значит от всего отказаться и всем обогатеться, вот что это значит. Значит, не делать ни из чего культа. Есть у тебя, слава богу. Нет. Чтобы это не было таким условием в твоей жизни, что чем больше мне свободно, тем... Это значит, надо действительно как-то учиться от любви? Ну, как раз выяснили? Ну, лишнее всё стараться убирать. Всё мне можно иметь, говорит Абусы, но ничто не должно мною владеть. Понимаете, ну, конечно, женщине, девушке приятно одеться хорошо. Я считаю, что это совсем неплохо. Более того, если все христианские девушки будут ходить как чучело, это только будет нам на посрамление. Но в этом стремлении можно ведь купить в крайность. и превратить это в мономании, а ты будешь время только думать о том, ля-ля, дальше, да? Дальше, ну, с вечером он в голове не тряп. Ну, да, да. Спрашивай, если ты читал, а ты думаешь, а ты тут делаешь партик? Ну, это происходит в чём? Что мысль ваша ещё совсем не управляем. Она как хочет, так и бродит.
Вы не хотели в этом думать о том, как сделать. Она сама приходит. Но настоящая личность человека – это самоуправляющийся организм.
Самоуправляющийся. И это нужно прилагать, и тогда Господи помогает. Помогает человеку стать таковым.
Это, конечно, трудно, но очень важно. Более того, понимаете, вы тогда вступаете в состояние личности настоящего. Не какого-то полусумрачного существа, сумеречного, который не дает отчет своих поступков, который как-то живет так вот полубессознательно.
И только потом через день, что я такое договорил, что же такое делаешь? А кто это? Кто-то бы в это время управлял.
Никто не управлял, сама делала. Значит, в этот момент, когда дело не то, была масса. Значит, допустим, у вас возникает какая-то мысль, которая вам неприятна, вы не прячете.
А так подумайте, что у меня возникла такая безобразная мысль. Она имеет происхождение то-то и то-то и то, чтобы было прозрачно. Потому что, когда еще вы прячете от себя, тут начинается же фрадистская история, это загоняется под сознание, потом вылезает из ушей, из глаз.
Хотя хочется, так сказать, выглядеть прилично перед самым собой, но надо быть очень честным по отношению к себе, Но все-таки делать это возможно только при любви к идеалу, при стремлении к Богу. Потому что что такое жизнь биологическая? Некое тление, которое прекращается. Но при свете Божьем это целое служение.
Что такое наши усилия по работе? Пар, дым, дым. Об этом не будут помнить люди через год после нашей смерти.
можете раньше, но если мы это делаем перед лицом вечности, это становится нашим богатством души, которую мы уносим с собой. И так все, что мы не любили, любую красоту мира, она всегда является отражением этой последней красоты, которая и есть наша цель. когда люди говорят, что как не любить Бога, ну как же любить, ну мы его не видим, но мы настолько видим его проявление, что это вполне возможно.
Об этом есть сказка, вам всем известная. Всем известная сказка. Она как бы является, ну, притчей в этом отношении.
Не точной аллегорией, но притчей. Таненький цветочек. Героиня не имела личных контактов со своим хозяином.
Но потом она вступила с некой любеседник. Она его полюбила. Как она полюбила, когда ничего она...
Она имела от него добро, она это чувствовала. И поэтому полюбила. Поэтому ей было не страшно, когда она, в конце концов, стала с ним общаться в виде чудища.
И это главное. Тот, кто нас привел в жизнь, кто ведет к этому совершенству, весь мир, кто управляет вот этим, управляет нежестко, которым можем участвовать в его деле. Вот тогда все, конец всем комплексам неполноценности, тогда мы все значимы.
И так оно и есть. И мы здесь получаем возможность перейти в другой форме существования. И тогда все будет нам напоминать о бессмертном. Вот и все по существу.